Как создают виниловые пластинки: лак на алюминии, никелевая матрица, пресс на 200 атм и ГОСТ на миллиметр

Виниловые пластинки создают в четыре шага: резец нарезает звук в лаковый диск, с него гальваникой снимают никелевые копии, последняя из них — матрица — встаёт в пресс, а пресс сжимает горячую порцию винила под давлением до 200 атм. Потом пластинку слушают, меряют коробление и кладут в конверт.

Заводскую экскурсию мы вам не устроим, зато у нас есть шесть советских пластинок, и на каждой один из этих шагов виден глазами: по номеру, по этикетке, по размеру, по ГОСТу. Цифры — из открытых источников, улики — из карточек товаров.

Сначала звук режут в лак, который живёт недолго

Всё начинается не с винила, а с алюминия. Мастер-диск, его называют лакером, — это алюминиевая основа, покрытая нитроцеллюлозным лаком (английская Википедия, статья Acetate disc).

Звук превращается в колебания резца, и резец ведёт по лаку спиральную дорожку. В ранние годы, как пишет русская Википедия в статье «Грампластинка», дорожку резали в воскоподобной массе, лак на алюминии пришёл позже.

Именно здесь решается, будет пластинка моно или стерео: резец пишет в канавку один канал или два. Разницу видно по карточкам. «Пасторальная» Бетховена с оркестром Ленинградской филармонии под управлением Мравинского — моно, номер НД-01091, Ленинградский завод, 1968 год. «Музей любви» Александра Кальянова — уже стерео, номер С60-28597, Апрелевский завод, 1989 год. Как буквы в номере связаны с моно и стерео, мы разбирали в статье про каталожные номера «Мелодии».

Слушать лакер как обычную пластинку можно, но недолго: он изнашивается быстрее винила. Его работа другая — стать отпечатком для металла. Первый блин, который не едят, а отправляют в гальванику.

Есть и обходной путь. Технологию DMM, по статье «Грампластинка», разработала немецкая Teldec в конце 1970-х: дорожку режут не в лак, а в тончайший слой меди на стальной основе, и так делают до сих пор.

Хрупкость лакера — не метафора. Завод Apollo Masters в калифорнийском Баннинге, по статье Acetate disc, был одним из двух в мире, кто делал такие заготовки, и 6 февраля 2020 года стало известно, что его уничтожил пожар. Вся мировая цепочка винила одним утром стала заметно тоньше.

Никель переворачивает бороздку туда и обратно

Лак мягкий, в пресс его не поставишь. Поэтому с него снимают металлические копии: в гальванической ванне на поверхность наращивают никель, потом снимают слой — и получают зеркальный отпечаток.

Отпечаток бывает позитивным (как пластинка, с бороздками) и негативным (вместо бороздок гребни). Промежуточные никелевые копии называют оригиналами, а негатив последнего этапа — матрицей, или пресс-матрицей. Именно матрица потом печатает тираж.

Зачем столько промежуточных шагов? Матрица изнашивается. Пока цел позитивный оригинал, с него можно вырастить новую матрицу, не трогая лакер. Отсюда и пометка «возможны переиздания» в карточке «Конька-Горбунка» с музыкой Родиона Щедрина: Олег Анофриев в роли Ивана, номер Д-013717/Д-013718, год в карточке — 1964, а свежая матрица с того же оригинала могла выйти и позже. Одна запись — много тиражей, и по одному номеру год пресса не угадать.

Горячий комок, две наклейки и ни капли чистого ПВХ

Теперь сам пресс. В него подают разогретую порцию винила, к которой сверху и снизу уже приклеены бумажные этикетки. Половинки формы сжимают массу под давлением до 200 атм (русская Википедия, «Грампластинка»), винил растекается по матрицам, остывает — и получается диск.

Вот почему этикетка на пластинке не наклеена после, а впрессована: она ехала в пресс вместе с винилом. И потому её стоит читать как паспорт. На этикетке «Лунной сонаты» в исполнении Марии Гринберг (Апрелевский завод, номер 33Д-023470) прямо в бумагу впечатаны части сонаты, ГОСТ 5289-68 и цена «1-00». Рубль, который пережил и пресс, и полвека.

Теперь о самом слове «винил». Мы привыкли думать про поливинилхлорид, но та же «Грампластинка» пишет, что пластинки делают из смеси на основе сополимера винилхлорида и винилацетата с добавками, а чистый ПВХ — распространённое заблуждение. В английской статье Phonograph record тоже записана смесь поливинилхлорида и поливинилацетата. «Винил» — примерно как «ксерокс»: название прилипло, состав сложнее.

Размер и вес задаются здесь же: сколько массы положили и какую форму поставили, такой диск и выйдет. Долгоиграющий диск на 12 дюймов, по статье Phonograph record, весит от 80 до 200 граммов, а идеалом обычно считают около 180 граммов. Но прессовали не только двенадцатидюймовые: «Музыкальный калейдоскоп», 8-я серия Ленинградского завода 1967 года — десятидюймовый моно-диск с Нэнси и Фрэнком Синатрой, Джанни Моранди и «Битлз».

Одна форма печатает десятки тысяч, но первую пластинку слушают ушами

Сравните. Матрица Эмиля Берлинера, изобретателя граммофонной пластинки, давала не меньше 500 оттисков, а с одной пресс-формы позднего времени можно изготовить десятки тысяч пластинок — обе цифры из статьи «Грампластинка».

Контроль на заводе устроен так: первую пластинку после установки матриц, а потом выборочные из тиража проверяют по размерам и прослушивают в звуковых кабинах. А чтобы диски не повело, их выдерживают при нужной температуре.

У этого контроля есть буква закона, и её номер стоит на этикетках. «Конёк-Горбунок» напечатан по ГОСТ 5289-61, «Лунная соната» — по ГОСТ 5289-68: один и тот же стандарт на грампластинки, разные годы редакции. Последняя редакция, ГОСТ 5289-94, по тексту в Викитеке введена с 1 января 1996 года. Она требует этикетки на обеих сторонах, коробление не больше 1,0 мм, а дефекты, ухудшающие звучание, велит проверять визуально и прослушиванием.

Мне в этой цепочке больше всего нравится именно кабина. Миллионы дисков, конвейер, гальваника, ГОСТ, а последнее слово всё равно за человеком в наушниках.

До 65 % советского винила прессовали под Москвой

У «Мелодии» было несколько заводов, и самый большой — Апрелевский. Статья «Апрелевский завод грампластинок» рассказывает: его основали в 1910 году, в 1964-м он вошёл в «Мелодию» и потом выпускал до 65 % всех советских грампластинок. К началу 1980-х там делали больше 50 миллионов пластинок в год, а последнюю партию пластинок и кассет выпустили в 1997 году.

Завод часто виден прямо на этикетке, поэтому мы пишем его в названии карточки, когда он указан. Из шести пластинок этой статьи две — Апрелевка, три — Ленинград, а одна приехала из Риги: «Эстрадная орбита» 1974 года, лицензионный сборник зарубежной эстрады, стерео, номер С60-05008. Тот же лейбл, другой цех — и проследить это можно только по этикетке. Ещё больше советских прессов — в рубрике «Пластинки СССР», а песни на них — в «Эстраде».

Для масштаба: в 2017 году во всём мире, по статье Phonograph record, работали 48 заводов грампластинок. Весь мир — пять десятков адресов. А последние массовые тиражи на территории бывшего СССР «Грампластинка» относит к 1993–1994 годам.

Кривой диск из миллионного тиража: чего бояться, а чего нет

Опасение понятное: пресс, конвейер, миллионы штук, а дальше полвека чужих проигрывателей. Заводской брак отсеивали ещё в цеху — кабина, выдержка от коробления, ГОСТ с допуском в миллиметр. А вот что случилось с диском потом, завод не знал. Это мы пишем в карточке честно, по шкале вроде EX или VG+.

Разброс видно на тех же шести пластинках. У «Лунной сонаты» состояние EX — лёгкие следы бережного использования. У «Пасторальной» и «Музея любви» — VG+: следы видны, на звук почти не влияют. А у «Конька-Горбунка» — VG-, и в карточке прямо сказано: много следов, слышны щелчки и шум. Стандарт у всех один — ГОСТ 5289, а жизнь у каждого диска своя.

А если хочется услышать своими ушами, приходите в магазин на Бронницкой, 7: любую пластинку можно послушать перед покупкой. Открыты с 11:00 до 19:00, кроме среды и четверга. Если вы только начинаете разбираться в этикетках, пригодится и наш разбор о том, как понять виниловые пластинки.

Новые поступления с советских заводов и не только мы показываем в нашем Telegram-канале. Каждая пластинка — в одном экземпляре, так что лакер, никель, пресс и полвека пути закончатся у одного человека.

Где искать дальше: пластинки с музыкой Людвига ван Бетховена.