Геннадий Рождественский дирижирует: Г. Малер — Симфония № 10 (Часть I), Р. Щедрин — Концерт № 2 для фортепиано с оркестром — LP — СССР, «Мелодия»

На пластинке представлены два контрастных по стилю и эпохе сочинения, объединённые фигурой интерпретатора:

• Г. Малер — Симфония № 10 (Часть I, Adagio): это единственная полностью оформленная часть незавершённого сочинения композитора; в трактовке Рождественского она звучит как предельно откровенная «исповедь» — с хрупкой интонацией, тонкой динамической градацией и особой внимательностью к полифоническим линиям;
• Р. Щедрин — Концерт № 2 для фортепиано с оркестром (1966): трёхчастный цикл («Диалоги», «Импровизации», «Контрасты»), в котором композитор сталкивает додекафонию, алеаторику и джазовые элементы; исполнение под управлением Рождественского подчёркивает драматургическую остроту и виртуозную энергию партитуры

Характеристики издания:

• Жанр: академическая симфоническая и концертная музыка, позднеромантическая и авангардная традиция
• Дирижёр: Геннадий Николаевич Рождественский (1931–2018)
• Исполнители: симфонический оркестр под управлением Г. Рождественского; солист в концерте Щедрина — не указан на обложке (в разных источниках фигурируют разные имена)
• Год выпуска: ориентировочно 1970–1980‑е (точная дата требует проверки по каталогам «Мелодии»)
• Страна выпуска: СССР
• Лейбл: «Мелодия»
• Формат: LP, стерео, 33 об/мин
• Особенности: запись отражает репертуарные приоритеты Рождественского — сочетание «запрещённой» или малоизвестной классики (Малер) и новейшей советской музыки (Щедрин); стандарт — ГОСТ 5289‑80; тираж — массовый

Геннадий Рождественский был не только выдающимся исполнителем, но и важнейшим посредником между слушателем и «сложной» музыкой: он последовательно включал в репертуар сочинения, которые в советское время звучали редко, — от Малера и Брукнера до Шнитке и Денисова. Его трактовки отличались интеллектуальной ясностью, безупречной технической дисциплиной и одновременно яркой эмоциональной подачей. Запись Малера (Adagio из Десятой симфонии) стала одной из первых в СССР и долгое время оставалась эталонной; интерпретация концерта Щедрина демонстрирует, как Рождественский умел раскрыть новаторскую партитуру, не жертвуя ни структурной логикой, ни исполнительским азартом